Первый секс в 21
Первый секс в 21
Я чертовски люблю женщин. Больших и маленьких, стеснительных и активных, блондинок и брюнеток, милых и злых. Та блин — разных. Люблю бегать, догонять, убеждать, соглашаться, слушать, понимать, жалеть. Больше, чем женщин, я люблю только оставаться в зоне комфорта. Поэтому мой первый секс случился в 21.
У моих друзей это произошло гораздо раньше. В 21 они уже были настоящими аксакалами, а разбирались в предмете еще в 17. Андрей рассказывал, как ебался в парке с поварихой Аней. Коля хвастался, как пережил минет от юной девственницы у нее за домом. Володя тоже не промах — у него болели бедра, потому что девушка слишком долго прыгала. Мише повезло больше всех — ему попалась нимфоманка. У него был секс в трамвае, машине, подъезде, кинотеатре, лифте. Особняком стояла квартира — я не знаю там мест, где не было секса. Даже плетка была — они били друг друга по задницам, а соседи завидовали. Я не представлял, нахуя им эта штуковина, но слушать эти рассказы было круто.

Я был глубоким малым, который рассуждал на философские темы, читал какие-то книжки и смотрел кучу футбола. Я очень любил жареную картошку и конфеты. И самое главное — весил 110 килограмм. Ну какой секс, ребята? Подвиньтесь, пожалуйста, я пойду спать.
Но это не спасло — очень много говорил. Конвейер смешных историй и анекдотов лился без остановки, а когда крепко выпивал, выбрасывал голову подальше. Вы пробовали одновременно раздеваться, блевать и танцевать? Попробуйте, это не останется без внимания. Мало сексуального в том, что жирный парень вытворяет такое. Но меня знали все. Балагур, душа компании, хорошего человека должно быть много и так далее.

Барышни не становились в очередь и не бросались в обблеваную постель. Но иногда случалось страшное — хотели поцеловать.
«Ааа, что же делать? Куда совать этот чертов язык?» — если вам знакомы панические атаки, то вы меня понимаете.
Я никак не мог расслабиться, получить удовольствие и продолжить в более интимном режиме. «Мне что-то плохо. Я хочу спать. Подожди, я сейчас вернусь», — делал все, чтобы не идти дальше.

Но лучшее средство — не целоваться вообще. Вдвоем курите на балконе, молчите, томно смотрите друг другу в глаза, тушите сигареты, она подходит и ты понимаешь: прыгать с пятого этажа — не вариант. Начинаешь городить какую-то чушь о кроссах, самолетах и экзаменах. Чувак, это разве не ты минутой ранее взрывал животы? Более неловких ситуаций в моей жизни не было. Но нет поцелуя — нет секса, верно?
Через пару лет стало совсем туго. Похудел, перестал носить широкие пуловеры, выбросил порванные джинсы, отпустил бороду и не потерял чувство юмора. Сменил универ — там не знали, что перед ними парень, который уходит в последний момент. Оказалось, что соблазнить девушку несложно — достаточно прийти на вечеринку. Я стал виртуозом поцелуев. Мог подойти к любой и начать целоваться, даже не познакомившись. Мог целоваться с девушкой, чей парень сидел за соседним столиком. А настоящая вакханалия начиналась на курилке — там удобные диванчики. Мои подвиги видели одногрупники и сочиняли сплетни, додумывали и обсуждали.

Но важный нюанс — я все еще не занимался сексом. Петтинг — наше все.
Зацелованные, горячие, мокрые, с раздвинутыми ногами. Они просили войти, а я начинал сочинять. Нет презервативов, отвезти сестру домой, утром пойти на работу, не заниматься сексом вечером, услышат соседи, нет кровати, закипел чайник, капает из крана, нет света, есть свет. В самые трудные секунды говорил, что я — гей. Когда просили расстегнуть платье, притворялся спящим.
Если у друзей куча историй о сексе, то у меня — о том, КАК его не было.
Особняком стоит одна история. Дама была самой красивой на потоке. Если парни говорили о желаниях, то обязательно вспоминали ее. Несколько раз мне казалось, что я ее люблю. На одной из тусовок мы здорово нажрались, потно натанцевались и лягли вместе. Под утро она спросила, что же мы будем делать. Я ответил коротко: «Езжай домой». Это произошло в квартире, где спало много людей.

На следующей пьянке подошла знакомая, которая слышала наш диалог. Она меня уважала: «Сморозить такую не каждый сможет. Мужик!»
Я казался недоступным парнем. Секс со мной стал челленджем.
Когда все обсуждали мои «подвиги», я спокойненько мастурбировал. Что может быть лучше после страстных поцелуев?
Это произошло внезапно. Мы поехали тусить за город. Когда врубили музыку, я поцеловал. Она ответила. Мы много танцевали и облизывали друг другу губы. Я включил режим Энди Дюфрейна, но она была слишком настойчива. Пришлось идти в номер.

Я дорос до того, что хранил в рюкзаке парочку презервативов. Но что с ними делать, в тот момент знал только Джордж Булос. Я им не был и пошел в душ — мылся очень долго. В надежде на то, что она уснет. Не тот случай.

Она попыталась решить задачку, но член был мягким — эррекцией не пахло. Я жутко волновался и много выпил. Ее это не пугало — давай без презервативов.
Затолкать член, который хочет отдыхать, в вагину может только очень упертый человек. Она таким была.
Я не понимал, где вагина, где клитор, где половые губы. Мечтал только об одном — поскорее закончить мучение. Но это длилось вечность — мой друг не мог и не хотел кончать. Она этим пользовалась.
Я лег. И стал конем. Она ездила на мне, била по лицу и просила держать груди — они разлетались во все стороны. В нее вселился демон. А я не мог сделать ничего. Наступил жесткий столбняк. В этот раз у меня не хватало времени что-то придумать.

Она сползла вниз и начала работать руками. Блять, если бы ей задумалось пососать, то, клянусь, я бы остался без члена.

Она поняла, что спермы сегодня не видать и устало упала рядом. Улыбалась: «Хорошо поебались». Она выиграла Лигу чемпионов и победила под Ватерлоо в один момент. А я просрал свой первый секс — меня использовали.

О том, что у нее был секс со мной, знали все.

Не было обидно, нет. Мой первый секс должен был быть именно таким. Иначе этот текст писал бы девственник.
Но разве это важно?
Текст
Иллюстрации
Верстка
Аноним

Ирина Шарова